Одним из итогов визита председателя КНР Си Цзиньпина в Москву стало твердое решение России участвовать в проекте Шелкового пути, активно продвигаемом Китаем. Однако не составит ли эта инициатива конкуренцию уже существующим договоренностям в рамках ЕАЭС?

В ходе прошедшей 29 мая конференции «Россия и Китай: новое партнерство в меняющемся мире» представители власти, бизнеса и экспертного сообщества обсудили вопросы гармонизации проекта Шелкового пути с уже существующими евразийскими интеграционными процессами.

Как отметил директор центра изучения России и Центральной Азии Фуданьского университета Чжао Хуашэн, в прошлом между странами Центральной Евразии действительно существовала конкуренция, обусловленная распределением торговых потоков на маршруте Шелкового пути. Однако в настоящее время стратегическое сотрудничество стран, по мнению эксперта, как раз и позволит избежать исторической ошибки.

«Это точно не конкуренция, а возможность совместной реализации крупных проектов», — уверен замминистра транспорта РФ Алексей Цыденов. По его словам, сочетание таких глобальных инициатив направлено на развитие транспортного потенциала, укрепление экономики и повышение уровня жизни населения на территориях, прилегающих к Шелковому пути.

Транспортная основа

«Это потенциал, перспектива развития. Здесь нет угрозы Транссибу и БАМу — есть дополнение. У каждого пути, направления есть своя грузовая база. В первую очередь имеется в виду грузопоток Западный Китай — Европа», — заявил Цыденов.

По его словам, в настоящее время Западный Китай тяготеет не к морским, а к сухопутным перевозкам. Регион экспортирует в основном высокотехнологичную продукцию, при транспортировке которой скорость важнее стоимости. «Мы развиваем данное направление и понимаем, что имеем определенные конкурентные преимущества в сервисе, качестве, скорости доставки грузов», — отметил замминистра.

Кроме того, реализуется большой проект развития БАМа и Транссиба, который позволит практически удвоить объем перевозок на данном направлении. Также запланировано развитие восточных портов и железнодорожных подходов к ним.

«Все это ложится в идеологию развития Шелкового пути. Один из ярких примеров, который подтвержден китайскими деньгами, — это высокоскоростная магистраль (ВСМ) Москва — Казань», — сказал Цыденов. ВСМ станет пилотным участком в рамках проекта магистрали Москва — Пекин, меморандум о реализации которого подписан 8 мая в присутствии Владимира Путина и Си Цзиньпина.

Широкие возможности

В то же время ряд экспертов высказали мнение, что создание и развитие Шелкового пути не должно замыкаться на уже существующих проектах и договоренностях. «Он изначально должен быть открытым, в том числе для взаимодействия с ЕС», — сказал декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ «Высшая школа экономики» Сергей Караганов.

По его словам, необходимо также сформировать новый транспортно-логистический каркас, в том числе для региона Центральной и Восточной Сибири, и подключать к нему Индию, Иран, Западный Китай, который, считает эксперт, в ближайшие 10-15 лет будет развиваться гораздо быстрее остальных регионов КНР.

С ним согласен и чрезвычайный и полномочный посол России Глеб Ивашенцов. Он обратил внимание, что проекты экономического пояса Шелкового пути и Морского шелкового пути XXI века представляют хорошую основу для совместных усилий России, Китая и Индии по строительству новой Евразии, в том числе и во взаимодействии с частью европейских держав.

«В обоих случаях на первое место выходит инфраструктурная и транспортная составляющая, дополняемая интеграционными механизмами. ШОС могла бы стать связующим звеном двух шелковых путей, поскольку туда входят все три указанные страны, морской путь невозможен без Индии», — сказал Ивашенцов.

Шанхайская организация сотрудничества может стать не только связующим звеном, но и организационной основой одного из формирующихся в мире экономико-политических блоков, считает Караганов. Как отметил эксперт, мир идет к созданию таких союзов: один пытается создать вокруг себя США, еще один блок, вероятно, будет создаваться в Латинской Америке.

«Самый потенциально возможный и самый большой экономический, а затем, возможно, и экономико-политический блок будет создаваться в Евразии. Скорее всего, он будет формироваться вокруг организационной основы ШОС. Ключевую роль должна сыграть Центральная Евразия, в первую очередь через развитие транспортных и логистических путей», — добавил он.

По мнению Караганова, Китай сейчас обладает излишним капиталом, который необходимо пустить в оборот. У России, напротив, с одной стороны, существует недостаток капитала, а с другой — необходимость развивать огромный регион. ЕАЭС же в первую очередь может предоставить в этом симбиозе правовую, юридическую базу для взаимной интеграции.

Правовое сопряжение

Как рассказала заместитель директора департамента торговой политики Евразийской экономической комиссии Наталия Ячеистова, на данный момент у ЕЭК с Китаем уже имеется правовая база взаимодействия. В 2012 году были подписаны два меморандума, которые определили сотрудничество по торгово-экономическим вопросам.

По ее словам, 8 мая был дан старт переговорам по подготовке соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве ЕАЭС с Китаем. Соглашение предполагает очень широкий охват сфер взаимодействия, включая транспортные вопросы, технические стандарты, фитосанитарное регулирование, энергетику и многое другое.

Она сообщила, что в соглашении запланирована и проектная часть, которая будет определять, какие инициативы должны получить взаимную поддержку и продвижение.

«Мы пока находимся в самом начале. Пока сделаны только политические заявления, но мы надеемся на продвижение по этим вопросам на саммитах ШОС и БРИКС в Уфе. Далее запланирована глубокая экспертная работа, чтобы к концу года выйти на уровень переговоров», — сказала Ячеистова.

При этом помимо развития отношений с Китаем на повестке дня стоит вопрос согласования национальных интересов внутри самого ЕАЭС. «Необходимо определить приоритеты и расставить акценты внутри организации прежде, чем мы будем сопрягать ЕАЭС с китайскими проектами», — подчеркнула она.

Вице-президент по инвестициям и развитию транспортной группы FESCO Константин Кузовков призвал коллег мыслить еще шире. Он считает, что в рамках ЕАЭС необходимо выработать общую позицию относительно целей развития объединения, станет ли оно транзитным мостом между Европой и Азией или самодостаточным центром силы.

В то же время он согласен, что ЕАЭС — это институциональная основа, на которой могут успешно развиваться совместные проекты. «Внутри региона наконец появились возможности для финансирования: Китай, АБИИ, фонд Шелкового пути, банк БРИКС. Хотелось бы обеспечить координацию деятельности институтов развития и подготовить нормативную базу, чтобы успешно привлекать инвестиции таких институтов», — сказал Кузовков.

Источник: ЕКЦ