Ведущаяся в Казахстане президентская избирательная кампания актуализировала тему всевозможных рисков и вызовов для стабильного развития республики. Не случайно, что в своем выступлении на прошедшем недавно XVI съезде партии «Нур Отан» президент РК Нурсултан Назарбаев, в частности, обратил внимание на глубину глобальных вызовов и рисков и важность в этой связи обеспечения устойчивости государства и недопущения негативных сценариев внешнего воздействия на него.

Практически в унисон данной тематике в феврале этого года прошла презентация доклада коммуникационного холдинга «Минченко консалтинг» (РФ) «Оценка политических рисков для зарубежных инвесторов в странах Центральной Азии: сравнительный анализ». При этом в качестве одного из ключевых условий сохранения Казахстаном, по оценкам авторов доклада, позиций лучшей для инвестиций страны в регионе отмечено успешное проведение внеочередных президентских выборов. Таким образом, официальная казахстанская позиция и мнение российских экспертов совпали в обосновании необходимости проведения в республике данных выборов в качестве ответа на внутренние и внешние риски и вызовы.

Сравнение оценок экспертов КХ «Минченко консалтинг» за 2013 (в аналогичном докладе за указанный год – прим.) и 2014 гг., прежде всего, демонстрирует возрастание к настоящему времени для всей Центральной Азии рисков внешнего характера. Если в 2013 году основными факторами этих рисков выступали нестабильная обстановка в Афганистане и различные внутрирегиональные конфликты, а также противоречия «великих держав»  за влияние в регионе, то в прошлом году их число увеличилось. В частности, добавились фактор «Исламского государства Ирака и Леванта» (ИГИЛ), конфронтация России и Запада вокруг Украины, усиление присутствия Китая в ЦА и непрозрачность условий и объемов передачи вооружений от США.

В последнем случае, видимо, имеется риск вероятного попадания американского оружия в руки тех политических сил, которые способны дестабилизировать ситуацию в регионе и вокруг него. Это особенно актуально в связи с неясными перспективами дальнейшего развития ситуации в Афганистане на фоне завершения миссии Международных сил содействия безопасности (ISAF) и проникновения, по некоторым данным, в эту страну боевиков ИГИЛ.

В то ж время для Казахстана в силу его географического расположения угрозы от афганского фактора все же минимальны. Во всяком случае, в сравнении с Таджикистаном, Туркменистаном и Узбекистаном. А вот украинский фактор является достаточно ощутимым и до сих пор дает о себе знать. По мнению авторов доклада, это связано с «затрудненностью многовекторной внешней политики» и «опасениями Астаны по поводу повторения крымского/новороссийского сценария в Северном и Восточном Казахстане». Хотя, с другой стороны, каких-либо серьезных сбоев во внешней политике Казахстана до сих пор не наблюдалось. В частности, США и ЕС заинтересованы посредством конструктивных отношений сохранить свои позиции в республике, несмотря на ее участие в процессе евразийской интеграции вместе с Россией. Со стороны  же последней не наблюдается какого-либо явного давления на партнера с целью изменить его международные ориентиры. А фактор Китая относительно Казахстана вообще не зависит от уровня «конфликта интересов» между Россией и Западом.

Что касается «крымского/новороссийского сценария», то очевидно, что в Украине его реализации в совокупности способствовали определенные внутренние и внешние факторы и стечение обстоятельств, которых в Казахстане нет. К тому же в республике соответствующие опасения выражают главным образом представители оппозиции и гражданского общества, но не официоз, имеющий свою точку зрения по поводу кризисных процессов в Украине. Впрочем, кое-какие меры предосторожности Астана предприняла, усилив уголовную ответственность за сепаратизм и участие казахстанцев в боевых действиях на украинской территории.

В целом, при большом обилии в 2014 году внешне обусловленных политических рисков для Центральной Азии, Казахстан признан менее подверженным данным угрозам, чем остальные страны региона. То же самое касается и внутриполитических рисков. Вместе с тем российские эксперты оценили влияние обеих групп рисков «устойчивости режима» одинаково – на 4 балла. Что касается именно внутренних рисков, то среди таковых были выделены:

а) возможные конфликты между внутриэлитными группами, способными оказывать влияние на главу государства;

б) рост социального недовольства и забастовок;

в) рост противоречий между региональными и республиканскими элитами в борьбе за контроль над нелегальными и легальными финансовыми потоками;

г) наличие большого количества условно безработного населения (самозанятых), являющихся благодатной потенциальной почвой для экстремизма.

При этом первый из данных рисков оценивается неоднозначно. С одной стороны, авторы доклада отмечают установление между данными группами устойчивого баланса, связывая это с персоной действующего президента страны. С другой же стороны, имеется неопределенность относительно эффективности предстоящей в будущем передачи президентской власти. Судя по всему, это обстоятельство способно усилить противоречия внутри правящей элиты.

В этой связи следует привести оценки уже казахстанских экспертов, на основании которых Исследовательскимагентством «Рейтинг.kz» еще в августе 2012 года был составлен «Рейтинг вероятных рисков для стабильного развития Казахстана». В первую пятерку данных рисков вошли:

1) дестабилизация в системе власти вследствие неконтролируемого столкновения различных групп влияния между собой (20,24 балла);

2) провокации (политические, криминальные) с многочисленными человеческими жертвами (19,13);

3) масштабные проявления терроризма и экстремизма (18,95);

4) утрата дееспособности Президентом РК (18,86);

5) рост социальных (трудовых, молодежных, мигрантских и т.д.) протестов (волнений) (18,62).

Как видим, в обоих случаях оценок потенциальных рисков для Казахстана на первый план выходит фактор внутриэлитных отношений, обусловленный положением групп влияния в правящей элите как ключевых участников общественно-политических процессов в Казахстане. Именно эти группы фактически определяют содержание, ход и результаты этих процессов. Однако наиболее угрожающее воздействие с их стороны для стабильного развития республики и ее политической системы способно проявиться в процессе будущего транзита (перехода) верховной власти в стране. Не случайно, что в докладе КХ «Минченко консалтинг» за 2013 год отмечена вероятность в Казахстане политического кризис, связанного с борьбой за власть с уходом Нурсултана Назарбаева со своего поста.

ИА «Рейтинг.kz» и КХ «Минченко консалтинг» также обратили внимание на риск проявлений социального недовольства и протестности. В первом случае, скорее всего, оказал свое влияние фактор жанаозенских событий. Российские же эксперты не приводят конкретных оснований в пользу указания на данный риск в 2013 и 2014 гг. Однако активные за последнее время действия казахстанских властей по подписанию меморандумов с бизнесом по вопросам стабилизации производственных процессов и обеспечения трудовых прав работников свидетельствуют об актуальности рассматриваемых угроз и принятия превентивных мер по их недопущению. Кстати, 12 марта в Актау более 60 сотрудников компании «Датоба Констракшн» провели забастовку с требованием выплаты зарплаты. А в январе этого года в Жезказгане местные власти и администрация корпорации «Казахмыс» убедили рабочих активистов не проводить митинг протеста.

С учетом изложенного выше представляется, что, во-первых, несмотря на наблюдаемый за последний год рост внешних факторов потенциальных рисков для развития Казахстана и устойчивости его политической системы и олицетворяющей ее правящей элиты, внутренние риски, во многом обусловленные как раз таки внутриэлитными отношениями, нисколько не утрачивают своей актуальности. Поэтому в любой момент они могут проявить себя с самыми разными последствиями.  

Во-вторых, проведение досрочных президентских выборов призвано главным образом сгладить возможное негативное воздействие внешних факторов на ситуацию в стране и статус-кво правящей элиты. Тогда как в поствыборный период для сдерживания вероятного проявления внутренних рисков одного обеспечения баланса между группами влияния усилиями главы государства явно будет недостаточно. В свою очередь, это выносит на первый план проведение в краткосрочной перспективе серьезной реформы политической системы в сторону обеспечения ее устойчивости в будущем, где персональный фактор постепенно сменится институциональным.

Андрей Чеботарев, директор ЦАИ "Альтернатива"

Источник: ИАЦ МГУ