Усиление позиций ДАИШ не только на Ближнем Востоке, но и в Афганистане, обуславливает возникновение идей, о которых до недавних пор думать было контрпродуктивно.

Несколько удивительным является то, что за очень короткие сроки террористическая группировка ДАИШ добивалась захвата столь обширных территорий сразу 2-х ближневосточных государств. И дело даже не в многолетней подготовке к столь «успешному» марш-броску по головам мирных жителей Сирии и Ирака. Дело скорее в новом подходе террористов к действиям, прежде всего, в информационном пространстве. 

Но еще большее непонимание вызывает то, что руководство и боевики ДАИШ, будучи попросту бандитами и маньяками, теперь являются субъектом не только регионального, но и мирового внимания. Группировка является пассивным участником множества международных процессов, как позитивных (сулящих возникновение единого антитеррористического фронта, включающего в себя и Россию и США), так и негативных (открывающих истинные, в основе своей, меркантильные ценности, казалось бы, давних партнеров в лице той же Турции). Тем не менее, факт остается фактом – ДАИШ вырос чуть ли не до субъекта международных отношений. 

Но и сами процессы, происходящие в том или ином государстве, потенциально будут влиять на ход развития событий на Ближнем Востоке. Даже выборы следующего Президента США не являются исключением, ведь победа той же Х. Клинтон, теряющей свои позиции, но все еще остающейся одной из фавориток, сыграет на руку ДАИШ. Чего не скажешь о, пусть и несколько невероятной, но все же остающейся возможной, победе Д. Трампа, уже озвучившего свои намерения наладить диалог с официальной Москвой и Президентом России В. Путиным. 

В то же время, усиление позиций ДАИШ не только на Ближнем Востоке, но и в Афганистане, обуславливает возникновение идей, о которых до недавних пор думать было контрпродуктивно. Речь идет о словах Спецпредставителя Президента России по Афганистану (ИРА), директора 2-го департамента Азии Министерства иностранных дел РФ З. Кабулова, сказанных в интервью Интерфаксу: «…Талибы чувствуют, что ИГИЛ пытается, как «Аль-Каида» в свое время, их использовать для транснациональных целей, для халифата, для глобального джихада… Интересы талибов и без стимулирования объективно совпадают с нашими… Я уже ранее говорил о наличии у нас с талибами каналов связи для обмена информацией. Отмечу, что мы за политическое урегулирование (противостояния Кабула с талибами – прим. авт.)…»

Иными словами, Талибан уже многими рассматривается как потенциальный участник мировой коалиции против ДАИШ. Конечно, верится в это, равно как и в примирение талибов с Кабулом, откровенно говоря, пока еще с трудом. Но уже многие признают наличие такой возможности. Не говоря уже о том, что экспертное сообщество давно констатирует необходимость обеспечения для Талибана и официального руководства Афганистана устойчивого процесса урегулирования споров. Ведь, что странно, в самой ИРА, группировка на некоторых территориях уже долгое время ассоциируется со стабильностью и порядком…

Тем не менее, для Российской Федерации есть фактор, который негативно влияет на вышеозначенную перспективу – оставшиеся силы Северного Альянса (Объединенный исламский фронт спасения Афганистана, или Джамиати-Ислами), состоящие преимущественно из афганских таджиков и узбеков. На данный момент именно эти силы многие эксперты указывают как основных друзей официальной Москвы в ИРА. 

Трудности же, в свою очередь, состоят в том, что Северный Альянс и Талибан остаются непримиримыми врагами, состоящими, в основе своей, из разных этнических групп с разными целями. А. Казанцев, директор Института международных исследований МГИМО России, в социальной сети Facebook сформулировал свое мнение по этому вопросу следующим образом: «… договариваться с Талибаном можно всерьез только за счет предательства наших настоящих последних и немногочисленных друзей (Северного Альянса – прим. авт.) в Афганистане…»

Более того, эксперт считает, что даже в случае успешного проведения потенциальных мирных переговоров и, как следствие, победы над ДАИШ на афганском направлении, «дружбы с Талибаном все равно не будет, а последние реальные друзья исчезнут». Действительно, трудно не согласиться в том, что без учета мнения пусть и немногочисленной, но все же реальной силы на севере ИРА, позитивный диалог формата «Россия –новообразованное на основе действующей власти и талибов руководство Афганистана» будет крайне недолговечен. 

Но сама обстановка, разворачивающаяся на территории соседа постсоветской Центральной Азии, требует принятия быстрых, но продуманных решений. И если Кремль будет одним из основных медиаторов, то шанс на соблюдение интересов абсолютно всех сторон, желающих судьбу для Афганистана отличную от той же сирийской, вполне возможен. Опять-таки тот же сирийский пример показателен, ведь Москва добилась начала процесса объединения усилий правительственных войск и оппозиции с курдами. А враг там был тот же – ДАИШ. 

Булат Мурзагалеев

По материалам: Берлек-Единство