Рейтинговое агентство Moody's высказало предположение, что обесценение тенге по отношению к доллару принесет незначительную выгоду казахстанским экспортерам. 

Положительный эффект нивелируют затраты, которые «находятся в иностранной валюте». Moody's считает, что, поскольку слабый тенге усилит инфляцию, компании не получат выгоду за счет сокращения себестоимости продукции. Более низкая реальная прибыль в сочетании с высокими ценами на импортируемые товары приведет к сокращению спроса.

Деловой еженедельник «Капитал.kz» попросил аналитиков оценить, насколько справедливо высказывание Moody's: действительно ли обесценение тенге, последовавшее за тем, как 20 августа он был отпущен в свободное плавание, для экспортеров оказалось не столь эффективной мерой, как ожидалось.

Валютные долги, валютные доходы

«Все экспортеры от девальвации получают двоякую выгоду. Во-первых, снижаются в долларах расходы, номинированные в тенге. Во-вторых, кредиторская задолженность, номинированная в тенге, в пересчете на доллары сократится. Большую выгоду получат те экспортеры, цена на продукцию которых растет», – говорит Жарас Ахметов, директор компании Oil Gas Project.

По мнению Айдархана Кусаинова, генерального директора компании Almagest, обесценение национальной валюты способно принести экспортерам выгоду лишь в краткосрочном плане. Это эффект «продали доллар – получили за него больше, чем раньше». Но в долгосрочном смысле такой «прием» никогда ощутимо компаниям, работающим на экспорт, не помогал. Аналитик поясняет: у экспортеров – речь идет о нефтегазовом и горно-металлургическом секторах – относительно небольшая доля тенговых затрат. Эти компании имеют большие валютные займы (их бизнес капиталоемкий), они закупают оборудование за рубежом. Кроме того, иностранный персонал получает заработную плату «не в тенге», есть и такие факторы, как консалтинг от иностранных компаний, большая доля зарубежных сервисных компаний. То есть экспортеры, работающие в нефтянке и ГМК, имеют большую долю валютных затрат и, более того, выручка у них также в валюте. «Поэтому для них в долгосрочной перспективе девальвация особой роли не играет», – констатирует спикер.

В сообщении Moody's указывается, что любые позитивные эффекты для экспортеров, которые могло бы дать обесценение тенге, будут нивелированы изменением долгов и увеличением затрат в иностранной валюте. «Действительно, у многих, в первую очередь крупных, экспортеров есть кредиты, полученные за рубежом. Они будут переоценены в тенге, и разница пойдет на убытки», – соглашается Жарас Ахметов. Однако, по его словам, для того чтобы оценить эффект, надо смотреть конкретные балансы: на ком-то скажется сильнее, на ком-то – слабее.

Moody's также пишет: «Более слабый тенге сделает инфляцию выше, сводя на нет усилия компаний, которые рассчитывают на выгоду в результате сокращения себестоимости их продукции». Выразить это в конкретных цифрах затруднительно. «Мы не видели публичных заявлений экспортеров о том, на какую прибыль они рассчитывают от девальвации. Поэтому оценить, сколько они недополучат прибыли, сложно», – поясняет Жарас Ахметов. А что касается инфляции, то, она, по словам спикера, зависит от многих факторов, не только от снижения курса тенге. «Определяющей будет монетарная политика Национального банка: если он «зажмет» кредитование (поднимет ставки), то сдержит рост цен, но, при этом вгонит экономику в рецессию», – говорит экономист.

Вообще, если предположить, представители каких секторов быстрее прочувствуют «размывание» позитивного эффекта девальвации, то, по мнению Жараса Ахметова, у разных экспортеров выгода будет «съедаться» по-разному. «Например, у нефтяников она будет съедаться быстро за счет роста амортизации: добыча нефти сопровождается капитальными затратами, в которых много импорта, а сами затраты лягут в себестоимость через амортизацию. У металлургов будет съедаться медленнее за счет постепенного роста тарифов на электроэнергию и транспорт», – поясняет собеседник.

Взгляд на внутренний рынок

Для того чтобы в принципе понимать, под каким соусом интерпретировать оценку, нужно учитывать, «кто что оценивает», продолжает Айдархан Кусаинов. Он поясняет: зарубежным рейтинговым агентствам в первую очередь интересно, сколько страна зарабатывает иностранной валюты, сколько тратит и какова, соответственно, ее способность обслуживать свои внешние займы. Проблемы внутренней экономики для таких агентств неважны.

«С точки зрения Moody's, если рассматривать девальвацию в позиции валютной политики и внешних обязательств страны, то она особо не повлияла. Но если говорить о внутренней экономике страны, о казахстанских производителях, то девальвация улучшила их положение», – говорит Айдархан Кусаинов. В Казахстане, поясняет он, помимо экспортеров есть еще и казахстанские производители. Иностранному рейтинговому агентству они неинтересны: такие игроки валюту не зарабатывают, поэтому для него они «невидны, как бы не существует». «Рядовым казахстанцам, в общем-то, все равно, что происходит на Кашагане, потому что зарплату мы получаем в компаниях, производящих продукцию для внутреннего рынка. Девальвация сильно ухудшила позиции импортных товаров, и значит, поддержала наших внутренних производителей. А раз так, то рядовые казахстанцы, большинство которых работает в таких компаниях, получат улучшение», – считает аналитик.

Источник: Капитал.KZ